Болезнь века сего

Любовь Донецкая СНЖ 19.05.2020 10:25 | Альтернативное мнение 288

«СОЮЗ НАРОДНОЙ ЖУРНАЛИСТИКИ»

Фото: © vk.com

Великий русский сатирик и бытописатель нашей исконной, посконной и сермяжной неустроенности и дуристики М.Е. Салтыков-Щедрин когда-то сказал: «Строгость российских законов смягчается необязательностью их исполнения». А вот если бы он жил сейчас, в гуманную и демократичную эпоху развитого путинизма, то вряд ли смог бы умолчать о том, что строгость нынешних российских законов ужесточается не только и не столько обязательностью их исполнения, сколько их, мягко говоря, бестолковостью. При этом Михаил Евграфович не только бы ответил по полной за неуважение к власти, но и прославился на весь мир, уверенно обойдя Оруэлла и прочие импортные антиутопии с их убивающими логику и здравый смысл установками «свобода — это рабство, незнание — сила», потому что здесь и сейчас все гораздо интереснее: кризис это вызов, наводнение — подтопление,  оптимизация — уничтожение, самоизоляция — добровольный домашний арест, ну а прорыв, естественно — это провал, ну и прочая нездоровая разорванность сознания, прочно вошедшая в нашу повседневность.

Если же обратиться от классиков к современникам, то такие, на первый взгляд, эмоционально окрашенные определения как «политическая шизофрения» и «политический дальтонизм» носят вовсе не беллетристический характер. Помнится, профессор С.С. Сулакшин несколько лет назад предупреждал гражданское общество о тяжелой и опасной для страны политической хвори российских провластных элит: «Итак, политическая шизофрения — это утрата, вот в этом и состоит болезненность, утрата рациональности, импульсивное поведение, двойные стандарты, лживость, немотивированность и бесцельность, теневое целеполагание, аномальное снижение уровня профессиональности, результативности и эффективности политического управления. Возможно, сюда еще можно добавить краски, но в основном здесь выписана вот такая симптоматика… Это, конечно, болезненность, и это диагностика современного политического режима. Но в условиях монополизации власти, в условиях исторически присущей нашей стране так называемой автосубъектности, пирамидальности устройства власти, когда она доводится до предела, до уровня так называемого «ручного» управления, когда содержание, качество, результативность политического режима определяется характеристиками одного-единственного человека, возникает большой риск. Повезет — Петр I, Сталин, а если не повезет, то тогда что?

А если, идя сегодняшним методологическим коридором, человек, который управляет страной, заболеет, если у него возникнет старческое слабоумие, возникнет реальное проявления психического неблагополучия? Можно ли такую вероятность исключить? Нет, конечно, ведь все мы ходим под Богом. И тогда политическая шизофрения может стать производной обычной настоящей медицинской болезненности и аномальности.

Опять возвращаемся в политологическое пространство анализа и понимаем, что в государстве системы построения политического режима обязательно должны содержать в себе механизмы страховки от такого рода рисков.

К сожалению, в современной России все без исключения механизмы, от разделения властей по горизонтали, по вертикали от СМИ — четвертой власти, от гражданского общества активности населения, от честности судебной до честности избирательной системы, они торпедированы, все они практически недееспособны. А отсюда большой риск для развития нашей страны, и отсюда важное значение термина, который предлагается осмыслить и запустить, что называется, в научный и политологический оборот».

Прочтем, запомним и обратим свой пока еще неповрежденный разум на то обстоятельство, что нацлидер Путин, в совершенстве владеющий «новоязом», в очередной раз обратился к народу и объявил нечто такое, на что ни у кого в стране, похоже, не нашлось «специальных знаний, чтобы это понять»: «С 12 мая единый период нерабочих дней для всей страны и для всех отраслей экономики завершается, — объявил Путин. — Все принятые меры, о которых я сказал выше, позволяют нам переходить к следующему периоду борьбы с эпидемией, к началу поэтапного выхода из режимов ограничений».

Вроде бы все ясно и понятно, «период нерабочих дней» (еще бы понять, что это такое вообще) завершился, так что «ура» и «да здравствует». Но привыкшие к вывертам и галлюцинациям властей россияне не спешили ликовать и в воздух чепчики, а в нынешних реалиях медицинские маски, перчатки, бахилы и санитайзеры бросать. И правильно делали, потому что Владимир Владимирович развил свою гениальную мысль далее:

«У этого периода есть принципиальные особенности, — предупредил президент. — Прежде всего, такой выход не может быть одномоментным, нужно делать это последовательно, осторожно, шаг за шагом. Кроме того, выход или смягчение режимов ограничения должны проходить при строгом соблюдении всех условий санитарных требований, которые гарантируют безопасность людей. У нас большая страна, эпидемиологическая ситуация в регионах разная. Мы и прежде учитывали этот фактор, а на предстоящем этапе надо действовать еще более тонко, внимательно, нельзя руководствоваться общей калькой.

— До полного выхода из режима ограничений санитарные требования должны быть сохранены.

— Исключены любые массовые мероприятия.

— Возобновление работы отдельных сфер — промышленности, услуг, образования — отдается на рассмотрение региональным властям.

— Будет сохранен режим повышенной безопасности для людей старше 65 лет и граждан с хроническими заболеваниями.

Также президент потребовал от глав регионов тщательно взвешивать свои шаги.

— Это должны быть детально просчитанные решения, — сказал он. — Опасно безрассудно забегать вперед. Но и сидеть сложа руки, уклоняясь от ответственности, также нельзя. Нужно пройти между Сциллой и Харибдой.

Однако, граждане дорогие, есть здесь переводчик с путинского на русский, потому как не только лишь все. И вроде вышли на плато, оказалось, что не то. У многих кипит разум возмущенный, потому что ничего из этого спича нельзя понять кроме того, что после печенегов нацлидер ушел в глубины античной мифологии. Странно, что еще не упомянул о том, что если кто-то не поймет, что  именно скрывается за «режимом повышенной безопасности для граждан с хроническими болезнями» (а таковые у нас почти что все, даже младше 65 лет), то за этим непонятливым гражданином придут церберы, возьмут за глотку в соответствии с последними указаниями Фемиды-Немезиды насчет штрафов и утащат последнюю копейку бедолаги в аидову тьму бюджета, где налоги исчезают в реке забвения. И все это, разумеется, ради всеобщего блага и охраны здоровья россиян.

Впрочем, проблему собственно пандемии логичнее предоставить специально обученным людям, тем самым, героям нашего времени в белых халатах, которые сейчас костьми ложатся и с ног сбиваются — они в этом понимают больше, нежели и политики, и обыватели. Но путинские речи и эксцессы законодателей вполне доступны, вернее недоступны пониманию любого нормального гражданина. Что за странный режим Путин ввел под видом «периода нерабочих дней», проигнорировав ЧС? Непонятно. Что он сейчас отменил, но так хитро, чтобы и вперед не забегать, и сложа руки не сидеть? Неведомо. Как это все в одной голове совместить? И вообще, возможно ли? Если даже Владимир Владимирович сообразил, что решения должны быть просчитанные, а таковых в современной России уже лет двадцать не видывали ни в одной сфере жизнедеятельности государства. То на образование натравили болонскую систему, то науку похоронили, превратив в бесполезный артефакт, то здравоохранение оптимизировали так, что теперь, как горько шутят некоторые острословы, любой человек в белом считается врачом, то с нефтегазовой иглы спрыгивали, пока ей самой эти ужимки и прыжки не надоели, то в историю Отечества вписали всяких Красновых и Маннергеймов, но «можем повторить», то спасали «самый разделенный в мире русский народ», но предали миллионы русских жителей Новороссии, оставив их в лапах бандеровских «партнеров». И многие другие интересные вещи происходили в Долгом государстве Путина, а сейчас еще оклемавшийся электорат правдами и неправдами потянут голосовать за поправки в Конституцию (или против — не имеет значения, лишь бы пришел и волеизъявился, а дальше все пойдет по русской купеческой классике «берите, говорит, кругом по шести гривен за бутылку, а ерлыки наклеим какие прикажете», хоть 146%) и обнуление президентских сроков самого внятного лидера государства в истории России, пересидевшего тревожную годину между Сциллой тренажеров и Харибдой бассейна в персональном спецубежище.

В это время безвременья сторонники Программы Сулакшина обращаются с призывом ко всем неравнодушным присоединиться к организационно-политическому строительству объединения настоящей общенародной оппозиции Путину и путинизму в рамках организационной инфраструктуры Партии Нового Типа. Каким же будет отклик на этот призыв, Бог весть — умом Россию не понять. Да и политическая шизофрения не является исключительно болезнью правящих элит, потому что в современных российских условиях деструктурируется сама логика общества, и есть огромное количество людей, находящихся в пограничном состоянии: сегодня человек либерал, завтра он консерватор, послезавтра — националист, а через неделю требует вилы, баррикады, алое знамя и «все поделить». По большому счету, каких-то постоянных убеждений у современного человека нет. Человек может менять эти оболочки, и смена сущностей сегодня составляет нашу эпоху.

Вот это самое отсутствие убеждений и есть болезнь нашего века и нашей страны — а чему удивляться, если рыба отродясь с хвоста не гнила, а нацлидер как античный Протей уже двадцать лет предстает перед обалдевшими избирателями то националистом, то либералом, то консерватором, то вообще «неведомой зверушкой». А Программа Сулакшина — это не для политических протеев, не для хамелеонов и не для малодушных, а для убежденных, целеустремленных и здравомыслящих.

Мне очень дорога большая Родина — Россия, и я хочу ее видеть «поднявшейся с колен» не в пропагандистских взвизгах запутинских ребят, которые переобуваются на ходу вместе с генеральной линией, а в действительности. Я хочу ее видеть той великой, справедливой, нравственной, трудовой, передовой, какой ей подобает быть. А еще мне очень дорог мой интеллект — какой ни есть, но он достался мне тяжелым трудом, и от угрожающей деструктивной политической шизофрении я намерена защищать его всеми силами и средствами, разумеется, мирными и законными. И никаких Путина и Ко с их расщеплением сознания, новоязом и двусмысленной трепотней, хоть бы и возведенными в ранг законодательства, потому что Россия, ее ценности и цели, должны быть помимо прочего еще и разумными, а стало быть понятными для всех и каждого.

Любовь Донецкая, Союз Народной Журналистики, команда поддержки Программы Сулакшина

Сейчас на главной
Статьи по теме
Статьи автора

Популярное за неделю